Андрей (Ухтомский)

Андрей (в миру Александр Алексеевич, князь Ухтомский) (26 декабря 1872, имение Вослома Арефской волости Рыбинского уезда Ярославской губернии — 4 сентября 1937, Ярославль) — архиепископ, деятель Русской православной церкви, один из лидеров «катакомбной» церкви.

Содержание

Семья

Выходец из знатного дворянского рода Ухтомских, «рюрикович». Брат — академик АН СССР Алексей Алексеевич Ухтомский.

Образование

Окончил пять классов гимназии в 1887, Нижегородский графа Аракчеева кадетский корпус в 1891, Московскую духовную академию в 1895 со степенью кандидата богословия (тема кандидатской работы: «О гневе Божием»). Принял решение поступить в академию после встречи с Иоанном Кронштадтским. Духовный сын митрополита Антония (Храповицкого).

Миссионер

  • С 9 ноября 1895 — преподаватель русского языка Казанского духовного училища.
  • 2 декабря 1895 пострижен в монашество, 6 декабря 1895 рукоположен в иеромонаха.
  • С 1897 — инспектор Александровской миссионерской семинарии в городе Ардоне (Осетия), активный просветитель осетин.
  • С 1899 — наблюдатель Казанских миссионерских курсов в сане архимандрита. Основал женский монастырь для татарок, печатал журналы и брошюры, организовывал миссионерские съезды.
  • С 4 октября 1907 — епископ Мамадышский, 3-й викарий Казанской епархии.
  • С 25 июля 1911 — епископ Сухумский, активный миссионер среди абазинов и сванов.
  • С 22 декабря 1913 — епископ Уфимский и Мензелинский.
  • С июля 1916 ввёл в своей епархии «Правила для избрания настоятелей храмов Божиих Уфимской епархии». Председатель Восточно-русского культурно-просветительского общества, созданного им в Уфе в 1916. Основал при обществе журнал «Заволжский летописец».

Будучи занят самой активной общественной деятельностью, он вел строгий аскетический образ жизни: проводил ночи в молитве, используя для короткого отдыха жёсткую кровать без одеяла и подушки, всегда постился, никогда не ел даже рыбы. Был большим ревнителем церковной старины, церковного устава, старинных церковных песнопений, благолепного служения, замечательно знал церковный устав. Отличался либеральными политическими взглядами, выступал против влияния Г. Распутина на государственную и церковную жизнь.

В годы революции и войны

Поддержал Февральскую революцию, считая, что она будет способствовать освобождению церкви от давления со стороны государства. 14 апреля 1917 вошёл в состав Святейшего Синода. Участник Поместного Собора 1917—1918, активно участвовал в совещаниях по воссоединению со старообрядцами. Председатель Съезда единоверцев (направления в рамках «официальной» церкви, придерживающегося старых обрядов). С января 1919 — епископ Саткинский единоверческий (избран заочно с оставлением за собой прежней кафедры) и первоиерарх всех единоверцев — впрочем, эти должности были, скорее, номинальными. Был последовательным сторонником примирения со старообрядцами.

В 1918 отлучил от церкви грабителей чужих имуществ: «Все воры и грабители, носящие христианское имя и участвовавшие в погроме г. Уфы, отлучаются от св. Причастия на два года; в случае искреннего раскаяния, по усмотрению духовника, отлучаются на один год. Только в случае смертельной болезни эта эпитимия может быть снята духовником».

Был членом созданного осенью 1918 Сибирского Временного Высшего церковного управления, руководил духовенством 3-й армии А. В. Колчака. После разгрома белых арестован в феврале 1920 в Новониколаевске, находился в тюрьме в Томске. Осенью выступил с заявлением о лояльности к Советской власти и просьбой об освобождении, вскоре освобождён, но уже 28 февраля 1921 арестован в Омске «за произнесение проповеди, в которой призывал крестьян организовываться в крестьянские союзы». С марта по октябрь содержался в Омской тюрьме, в ноябре 1921 — августе 1922 — во внутренней тюрьме ГПУ, затем в Бутырской тюрьме. Освобождён для лечения, затем дело было прекращено «за недостатком улик» (очевидно, власти хотели привлечь его на сторону обновленческого движения). Был назначен епископом Томским, но к управлению этой епархией не приступил.

Противник обновленцев

В ноябре 1922 возвратился в Уфу, активно выступал против обновленческого движения. На основании распоряжения временного Заместителя Патриарха митрополита Агафангела (Преображенского) от 18 марта 1922 объявил Уфимскую епархию автономной. Рукоположил во епископы нескольких священнослужителей епархии. В начале 1923 в очередной раз арестован, 24 февраля 1923 приговорен к трём годам ссылки, выслан в Ташкент. В июне 1923 арестован в Ташкенте, выслан в Теджен. В ноябре 1923 арестован в Теджене, до ноября 1924 находился под арестом в Ташкенте, затем отправлен по этапу в Москву, откуда вновь выслан в Теджен, затем в Асхабад.

Начиная с 1922 тайно руколагал архиереев для различных епархий. Постриг в монашество будущего архиепископа Луку (Войно-Ясенецкого) и направил его к двум ссыльным епископам для совершения архиерейской хиротонии. Проведённые им епископские хиротонии были позднее признаны Патриархом Тихоном.

Вступление в общение со старообрядцами

28 августа 1925 в молитвенном доме ашхабадской старообрядческой общины во имя Святителя Николая принял миропомазание от старообрядцев. Выступил с «Исповеданием Веры», в котором, в частности, заявил: «Ныне испытывая гонения от господствующей иерархии за свободу Церкви Христианской, исповедую перед Св. Церковью, что Патриарх Никон, своим мудрованием нарушивший жизнь Соборной Церкви и любовь ее, так положил начало расколу русской Церкви. На ошибке Патриарха Никона утвердился тот русский цезарепапизм, который со времен Патриарха Никона подтачивал все корни русской церковной жизни и, наконец, вполне выразился в образовании так называемой „Живой Церкви“, — ныне господствующей иерархии, явно ориентирующейся [на безбожную власть] и нарушающей все церковные каноны… Ныне, скорбя всей душей о великих бедах Церкви, готов отдать себя всецело на служение древлеправославным христианам — старообрядческим общинам для приведения к единству всего русского разрозненного стада Христова». Считал, что уже являлся старообрядческим епископом с 1919, когда согласился на избрание единоверческим архиереем. Рукоположил для старообрядцев епископа Климента (Логинова).

За вступление в общение со старообрядцами предположительно был запрещён в священнослужении Патриаршим Местоблюстителем митрополитом Петром (Полянским). Запрещения не признал, равно как и полученных по завещанию Патриарха Тихона прав митрополита Петра по управлению церковью. Сторонники владыки Андрея отрицали сам факт запрещения, ссылаясь на отсутствие письменного подтверждения этого акта.

Владыка Андрей и катакомбная церковь

В конце 1926 возвратился в Уфу, объявил епархию автокефальной, не признавал права Заместителя Патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского), резко выступил против его Декларации, направленной на сотрудничество с советской властью. Продолжил тайные хиротонии епископов, создавая инфраструктуру Истинно-православной («катакомбной») церкви, которая действовала неофициально и противостояла официально признанной церковной организации. Автор термина «Истинно-православные христиане». Часть уфимской православной паствы признала его «архиепископом областной Церкви автономной Башкирской республики». Своим архиепископом его считали и «катамобники» (впрочем, вопрос о возведении его в этот сан священноначалием остаётся непрояснённым). Ближайшими соратниками владыки Андрея были рукоположенные им епископы Аввакум (Боровков), Вениамин (Троицкий), Иов (Гречишкин) и др.

13 июня 1927 вызван в Москву, арестован и 8 июля 1927 приговорен к трём годам ссылки, выслан в Кзыл-Орду, где арестован 17 октября 1928. Отправлен в Москву, где в январе 1929 приговорён к трём годам тюремного заключения, содержался в одиночной камере Ярославского политизолятора.

2 октября 1931 освобождён, проживал в Москве. В этот период молился в старообрядческом храме. В письме от 15 февраля 1932 отмечал: «Я ни одного раза не молился о своем освобождении или о чем-либо, касающемся своего благополучия. Я боялся такой молитвы, как своей, и только говорил: „Да будет воля Твоя“. В 90-м псалме сказано; „С ним есмь в скорби“. Я и знаю, что около меня скорбящего — всегда Господь; а около моего веселия… Господь далеко не всегда! — Поэтому боюсь молиться о чем-либо, кроме исполнения на мне воли Божьей».

14 апреля 1932 арестован по делу Московского «филиала» Истинно-Православной церкви. Один из его сокамерников вспоминал о нём: «Теперь его трудно было узнать. Почти не осталось волос на его голове и лице, в результате цинги почти все волосы у него выпали. Он стал совершенно дряхлым, худым, но как и прежде, оставался смиренным, добрым, ободряющим и отзывчивым. Он обвинялся в организации нелегальных православных общин (то есть Катакомбной Церкви), которые были против советского закона, и также — в агитации и пропаганде против большевизма. В тюремной камере Владыка Андрей своими рассказами обычно приковывал к себе всеобщее внимание. И нужно отметить, что он имел такое влияние на всех заключенных, даже на уголовников и безбожных коммунистов, что никто в его присутствии не решался богохульствовать и кощунствовать. Владыка реагировал на любые проявления несправедливости в тюрьме (за что не раз его лишали передач, присланных друзьями). Главного архиерея Советской России, главу Московской Патриархии, Архиепископ Андрей считал предателем Христа. К тюрьме, наказанию и другим злоключениям он относился спокойно, стойко и больше страдал за тех, кто был рядом с ним, чем за самого себя. На своих соузников он имел ободряющее влияние. Большие посылки присылали ему местные жители, как только узнавали о его прибытии в тюрьму. Посылки не всегда ему передавало тюремное начальство, но и те, которые он получал, он разделял с теми, кто не получал ничего».

7 июля 1932 приговорен к трём годам ссылки, выслан в Алма-Ату. 19 сентября 1932 получил Святые Дары и Миро от старообрядческого архиепископа Московского и всея Руси Мелетия. Весной 1934 арестован в Алма-Ате, отправлен в Бутырскую тюрьму в Москву. 14 мая 1934 приговорён к трём годам заключения, отправлен в Ярославский политизолятор. 27 марта 1937 вновь осужден на три года ИТЛ, отправлен в Рыбинск. 3 сентября 1937 приговорен тройкой УНКВД по Ярославской области к расстрелу. На следующий день расстрелян.

Проблема канонизации

Причислен к лику святых Русской православной церковью за границей в 1981. На Соборе этой церкви в 1993 епископ Григорий (Граббе) предложил деканонизировать его, ссылаясь на ставшие известными данные о его вступлении в молитвенно-каноническое общение со старообрядцами, однако решения принято не было. Эта же причина стала препятствием для его канонизации Русской православной церковью. В то же время он почитается верующими Казанской и Уфимской епархий РПЦ.

«Андреевцы»

Многие сторонники церковной линии владыки Андрея погибли в ходе гонений на «катакомбную» церковь в 1930-е годы. Однако некоторые из них продолжали свою деятельность и в послевоенный период. Так, иеромонах Гурий (Павлов) (1906-1996) был в 1990 возведён в сан архимандрита Русской православной церкви за границей, а в 1991 был хиротонисан во епископа одной из греческих старостильных групп, оппозиционных «официальной» Элладской православной церкви.

Существует точка зрения, согласно которой некоторые архиереи, поставленные владыкой Андреем и его ближайшими соратниками оставались в живых вплоть до 1960-1990-х годов, сохраняя церковную организацию и периодически проводя тайные соборы. Эти сведения восходят к архиепископу Амвросию (Сиверсу), считающему себя законным преемником «андреевской» иерархии, рукоположенному в архиерейский сан одним из последних тайных «андреевских» архиереев, епископом Амфилохием (Шибановым, годы жизни — 18971994). Представители как Русской православной церкви, так и ряда других церковных организаций считают этого человека самозванцем, а информацию об активной послевоенной деятельности «андреевских» епископов и о самом факте существования многих из них (в том числе и Амфилохия) — мистификацией.

Труды

Автор многих брошюр, статей, проповедей, в том числе:

  • О смысле жизни. Слово в великий четверток. Казань, 1901.
  • Из православно-церковного учения. Забытые мысли. Казань, 1903.
  • Как понимать человекообразные представления св. Писания о Боге. Казань, 1904.
  • О любви Божией на страшном суде Христовом. Казань, 1904.
  • Истолкование библейских изречений об искуплении человека. Казань, 1904.
  • О «сверх-человеках». Казань, 1904.
  • О христианской взаимопомощи. Устав общества «Христианской взаимопомощи» крещено-татарских приходов Казанской епархии. Казань, 1905.
  • Первое письмо к русской молодежи. Причина недоразумений. Казань, 1905.
  • Второе письмо к русской молодежи. Казань, 1905.
  • О приходских братских кружках Казанской епархии. Казань, 1907.
  • О мерах к охранению Казанского края от постепенного завоевания его татарами. Казань, 1908.
  • Наставление послушникам Покровской крещено-татарской общины. Казань, 1909.
  • Письмо к крещеным татарам, Казань, 1910.
  • К истории Казанской миссии и третьего викариатства Казанской епархии. Казань, 1911.
  • О русской культуре среди язычников-черемисов Уфимской губернии. Сергиев Посад, 1915.
  • О догматах. Уфа, 1915.
  • Письма к пастырям Уфимской епархии (1914 г.). Уфа, 1915.
  • О печальных последствиях русской некультурности и о лучшем будущем в этом отношении. Речь, произнесенная при открытии Восточно-русского культурно-просветительного Общества в Уфе. Уфа, 1916, вып. 2-й.
  • О народном голосе в делах церковных (О приходе). Владимир, 1916.
  • История моего старообрядчества. Тетрадь вторая. Алма-Ата, 28.2.1933. // В книге: Зеленогорский М. Жизнь и деятельность архиепископа Андрея. М., 1991.

Многие труды владыки Андрея, написанные в 1920-30-е годы, остались в рукописях или были утрачены.

Библиография

  • Зеленогорский М. Жизнь и деятельность архиепископа Андрея. М., 1991.
  • Православная энциклопедия. М., 2001. Т. 2. С. 360—365.

Ссылки

 
Начальная страница  » 
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Home